Персиковый мелок

Тихий приморский городок Идзуми, где даже чайки кричат будто бы вполголоса, хранит одну странность. Каждую весну на заброшенном пирсе появляются рисунки мелом — персиковые полумесяцы, улыбки, размытые дождём. Местные считают это проделками духов, но семнадцатилетний Юто знает правду. Он сам рисует их по ночам, пытаясь удержать в мире живых свою младшую сестру Нацуки, которая три года назад утонула в море. Ритуал работает: девочка возвращается на рассвете, чтобы съесть персик, покачаться на старых качелях и исчезнуть с первыми лучами солнца. Но с каждым разом её силуэт становится всё прозрачнее, а время, проведённое вместе, — короче. Юто в отчаянии ищет способ сделать встречи вечными, не подозревая, что за этим наблюдает таинственная незнакомка в синем кимоно, которая появляется только в час быка и оставляет на песке мокрые следы, пахнущие солью и ладаном.

Однажды Юто находит в старой лодке дневник, где тем же детским почерком, что и у Нацуки, записаны правила: «Нельзя рисовать мелом на закате», «Нельзя оборачиваться, если слышишь смех за спиной», «Нельзя есть персик, упавший на землю». Он нарушает их одно за другим, потому что Нацуки умоляет его нарисовать ей море — то самое, глубокое и тёплое, каким она его помнит. Но вместо моря из-под мелка начинает сочиться чёрная вода, а в отражениях лужиц проступают лица утопленников, которых Идзуми не видел уже полвека. Выясняется, что девочка в синем кимоно — хранительница границы, а Нацуки не просто призрак, а заложница, которую держит на том свете нечто древнее, питающееся тоской живых. Юто придётся выбрать: отпустить сестру навсегда, стерев все рисунки, или самому стать частью персикового сада, где время течёт вспять, а каждый съеденный плод отнимает у тебя одно воспоминание. Финал остаётся открытым, но на последнем кадре мел крошится в руках мальчика, а на асфальте проступает надпись, которую он не писал: «Спасибо, что помнил».